Zeitgeist: Дух Времени
О том, что она есть такое, можно говорить бесконечно. Всякая религия и сама она многогранна и неоднозначна, несмотря на множество трактатов, составляющих основополагающий фундамент веры.
Но существуют и правила, усложняющие сапинду. Так, некоторые ортодоксальные брахманские касты, соблюдающие ведийские предписания почитания некоторых избранных святых в качестве предков и практикующие регулярные жертвоприношения в их честь, придерживаются правила правара. Оно состоит в воздержании от браков в группе, практикующей такие жертвоприношения.
Далее
Для каждой кастовой группы в деревне существует своя так называемая брачная сеть, т. е. определенная совокупность экзогамных групп, между которыми регулярно поддерживаются брачные отношения. Граница брачной сети и число экзогамных групп в ней могут быть различны для разных каст. Иногда большинство каст деревни руководствуется в этом отношении границами доминирующей в деревне кастовой группы. Так, в орбиту брачных связей кастовых групп деревни Шанти Нагар в районе Дели входило 100 деревень. В других случаях брачная сеть может включать и сотни, и тысячи деревень, а также и города.
Далее
Эндогамия — главное и непременное условие существования касты. Строго практикуемая определенным коллективом — кастой в течение столетий, она стабилизировала этот коллектив настолько, что во многих случаях консервировала даже определенный вариант антропологического типа в нем, иногда закрепляла диалективные особенности, не говоря уже о наследственной передаче определенных социальных норм, обычаев и многих культурных черт. Эндогамия превращала касту в закрытую для посторонних общность и препятствовала выходу из нее отдельных лиц.
Далее
Брак в условиях кастового общества приобретает особую социальную значимость. Конечно, брак у индийцев прежде всего и главным образом — союз лиц для воспроизводства потомства, поддержания семейных традиций, в том числе культа предков. Но, кроме того, он представляет собою механизм установления преемственности поколений, а также способ реализации значительно более широких, можно сказать сквозных, горизонтальных родственных связей между семьями и более крупными родственными коллективами внутри кастовой общности. При этом ответственность за сохранение этих связей ложится не столько на лиц, вступающих в брак, сколько на сами коллек-. тивы. Поэтому до сих пор брачные пары составляются не по выбору женихов и невест, а их отцами или старшими мужчинами в семьях. И брачные контракты заключаются между семьями. При этом воля и желания самих врачующихся учитываются не всегда. Более того, брак по любви, по выбору самих врачующихся с традиционной точки зрения бессмыслен и даже аморален. Аморален потому, что с позиции кастовой ортодоксии выглядел бы легализацией половых влечений и связей. Не случайно жених и невеста в продолжение длительного, многостепенного брачного церемониала стараются всячески подавить в себе чувства симпатии к партнеру и показать себя безгласным и равнодушным объектом брачного контракта. Превалируют в брачных союзах интересы брачующихся семей. Семьи же рассматривают браки своих членов как важнейшую социальную функцию и руководствуются при выборе брачных партнеров установившейся в данном кастовом подразделении традицией. Брачного партнера ищут в семьях других, вполне определен-. ных подразделений касты, как делали их прадеды и более отдаленные предки. Контроль за соблюдением семьями брачных традиций осуществляет стоящая над ними более крупная структурная единица той же касты в лице старейшин или местных кастовых панчаятов (советов):
Далее
Роль родства внутри касты и в кастовой системе вообще хорошо выявлена в специальной литературе. Например, полно и всесторонне она раскрывается в монографии индийской исследовательницы Иравати Карве. Книга ее так и называется «Родственная организация в Индии» [216]. Именно родственные связи и отношения индивида или группы определяли их место в касте. В результате в касте складывалось убеждение, что в настоящем составе семей и других подразделений она существует р незапамятных времен. А сознание общности происхождения и столь длительного родства ее членов порождало кастовое самосознание, т. е. чувство взаимосвязи, сплоченности, и в конечном счете способствовало консолидации касты как особой социальной общности. И естественно, что определенные традиции брачных связей поддерживались и передавались в течение многих поколений. Традиционные генеалогии каст могут восходить к историческим лицам тысячелетней давности и даже к героям индийского эпоса.
Далее
Едва ли в какой другой стране, у каких-либо других высокоразвитых народов нормы брачных отношений имеют столь важное значение в общественной жизни, как в Индии.
Специалисты сходятся на том, что из факторов, формирующих кастовую структуру, определяющих кастовый режим, влияющих на характер общественных отношений и поведение людей, важнейшими следует считать брачные нормы. В индийском обществе они отличаются необычайным своеобразием и так многообразны, сложны, что подробное их описание здесь невозможно. Этим нормам сопутствуют более или менее многочисленные исключения и варианты брачных запретов, ограничений и предписаний, во многих случаях зависящие от местных условий, этнической среды и кастового окружения. И тем не менее в этом разнообразии брачных отношений есть установленные тысячелетней традицией строгие правила, соблюдение которых обязательно во всем кастовом обществе, а нарушение их ведет обычно к тяжелым социальным последствиям для самих ослушников, широкого круга их родственников и всей местной кастовой группы. Вот почему кастовая общественность бдительно следит за соблюдением брачных норм и наказывает за их нарушение. Однако в современных условиях и нарушения правил становятся все более частым явлением. При этом общество в некоторых его слоях, например культурная элита й промышленные рабочие, все более терпимо относится к нарушениям. Однако более девяти десятых кастового общества соблюдают правила безоговорочно.
Далее
Подводя некоторые итоги сказанному, следует признать, что экономическое, социальное, и культурное развитие современной Индии, классовые и политические отношения в ней осложнены специфическими проблемами, не имеющими аналогий в других странах. Государственные предприятия и частные фирмы (например, при создании нового производства, введении современных коммуникаций и технологических процессов, при сопутствующих им жилищном и коммунальном строительстве) практически вынуждены считаться с кастовой организацией, т. е. с кастовой принадлежностью работающих и кандидатов на работу. Кадры уже работающих, трудовые резервы, армия безработных, как и все общество, представлены сотнями разных кастовых групп с их особыми традициями, режимом и профессиональной мобильностью. От реального соотношения кастовых групп в определенном районе зависит возможность обеспечить здесь рабочей силой те или другие отрасли производства. Успешная работа”технологических линий и конвейеров часто обеспечивается соответствующим кастовым подбором работающих. Соотношение кастовых групп на новом крупном предприятии приходится учитывать при планировке рабочих поселков, выборе типа жилых построек и в формах культурного и коммунального обслуживания. Нередко в поселках приходится резервировать места для каст, непосредственно не занятых на производстве, но необходимых работающим в жизненном обиходе: Никто не сомневается, что в прошлом связи кастовой организации с процессом добывания средств существования, т. е. с процессом производства, были теснее и очевиднее. Выявлен и механизм функционирования межкастовых трудовых отношений. Важнейшую их особенность составляли корпоративность, взаимность и организованность на основе именно кастового разделения труда.
Далее
Здесь уместно разъяснить встречающееся в нашей литературе недоразумение, будто в отношения джаджмани вступают,, с одной стороны, отдельные лица из тех или других кастовых групп, а с другой — община, как таковая, в лице ее администрации. Так, Л. Б. Алаев пишет: «Натуральное вознаграждение от общины получают следующие группы…» — и перечисляет старосту, писца, брахмана-жреца, кузнеца, плотника, гончара, прачку, цирюльника и др. Ему представляется, что все они в совокупности составляют некий общинный «штат» [12, 207], содержимый на средства общины, и что это и есть джаджмани. Недоразумение основано на действительных фактах содержания на средства общины старост, ночных сторожей, счетоводов, рассыльных и на случаях оплаты из скудной общинной казны, например, плотника и кузнеца, привлеченных к ремонту деревенского колодца или моста, шорника — к изготовлению кожаной бадьи для общего оросительного колодца, чамара — для рытья колодца. Все это были экстраординарные общедеревенские потребности. Ни жрец или астролог, ни тот же плотник или гончар, ни прачка или цирюльник обычно не состояли на содержании общины и не получали от нее регулярного вознаграждения за основной повседневный свой труд по удовлетворению потребностей односельчан. Использование их на общественных работах ,не составляло правила и содержания системы джаджмани. Правило состоит в том, что сторонами в этих отношениях, т. е. джаджманами и каминами, выступают даже не отдельные лица, а вполне определенные семьи из разных местных кастовых групп. Как правило, работают камины не на общину вообще, а на определенные семьи джаджманов и вознаграждение или компенсацию за свой труд получают не от общины, а от конкретных джаджманов.
Далее
Система джаджмани имеет региональные, экономические и социальные (конкретный кастовый состав деревни) особенности. П. Коленда. воспроизводит описание системы джаджмани в деревне Кхалапур в Доабе, недалеко от описанного Вай-зерам Каримлура, исследованной Дж. Хитчкаком (John Hitchcock) в 1954—1955 гг. Здесь система джаджмани имела особенности, ,на которых стоит остановиться.
Далее